Пришел Путин к гадалке, и говорит:
— Расскажи мне о будущем.
Гадалка:
— Вижу ты едешь в машине с открытым верхом, вижу вокруг машины сотни тысяч людей. Вижу что эти люди очень рады, они стоят с флажками, шариками, хлопают, кричат «Браво!», у всех очень счастливые лица!
Путин улыбнулся, и говорит:
— Ну да. Народ меня любит! А я могу пожать им руки?
— Нет. Крышка гроба закрыта…
я это тут запостил не столько из за чеченских корней, хотя мне не нравится что эти черные ведут себя в России как у себя дома. Я это тут повесил из-за наглости властей чечни. Несмотря на всю очевидность ситуации и видео они смеют заявлять что это провокация и рафик неуиноват! Это очень в их стиле. Чечены порезали каких то пацанов? — уважайте наши культурные особенности. Чечен изнасиловал девушку — она его сука спровоцировала!
Подвергать смертельной опасности жизни случайных людей — долбоебизм и уголовщина, не имеющая никакого отношения к экстриму. Всегда буду считать гонщиков по городским дорогам кончеными мудаками и желать им въебаться в столб с ровно одним пострадавшим.
— Не понадобишься.
— Всё равно буду у холодильника.
(Альф)
«Как задолбали эти тупые правила: не есть кота, не бить посуду, не есть кота.»
«Овощи? Это же не еда! Это то, что едят с едой!»
— Расскажи мне о будущем.
Гадалка:
— Вижу ты едешь в машине с открытым верхом, вижу вокруг машины сотни тысяч людей. Вижу что эти люди очень рады, они стоят с флажками, шариками, хлопают, кричат «Браво!», у всех очень счастливые лица!
Путин улыбнулся, и говорит:
— Ну да. Народ меня любит! А я могу пожать им руки?
— Нет. Крышка гроба закрыта…
Серьезная работа)
Потом мы ехали с Гандлевским в пустом вагоне последнего
поезда метро. Гандлевский уже тогда был бородат и печален. С печалью он и поведал мне, что
чем бы он ни пытался заняться вне дома – его всегда в результате забирали в милицию.
Рассказывая это, он старался отвинтить от стены табличку с надписью «стоп-кран» – мне в
подарок, так как я имел неосторожность сообщить ему, что я всякие такие таблички собираю.
Через секунду двери с шипением раскрылись, в вагон вошли два милиционера и деловито
забрали поэта – я даже пикнуть не успел. Помню его усталый обречённый взгляд в раме окна
вагона.©Андрей Вадимович Макаревич: «Занимательная наркология»